У жительницы агрогородка Ланьков Марины сегодня могла бы быть большая дружная семья, но свою жизнь она собственными руками превратила в мрачный «криминальный» рассказ. А ведь всё могло сложиться иначе…

В чём главное счастье женщины, как не в детях? Трое сыновей! Самому старшему, Ильюше, в этом году исполнится семнадцать. Он уже совсем взрослый – учится в колледже. Вот маме помощник был бы! Подумаешь, с отцом его по жизни не сложилось! Разошлись – и ладно, попутного ветра! К сыну же он изначально относился хорошо. Поскольку с Мариной в законный брак не вступал, официально зарегистрированы они не были, – так, когда Ильюшка родился, пошёл сам в ЗАГС и записал ребёнка на себя. От отцовских обязанностей не отказывался. До поры до времени.

Распрощались сожители в 2014 году. Марина в одиночестве долго не горевала, нашла себе новую пару и в 2015-м родила второго сына – Ярослава. И тут как-то всё потихоньку стало рушиться.
Без водки проклятой не обошлось. Как это обычно и бывает. Накатывает незаметно, а потом глядишь: и уже не ты сам хозяин собственной жизни, а бутылка «беленькой». Загулы, запои… Чудили оба родителя. Провалились в алкогольную пропасть, напрочь забывая о том, что
дома – двое малолетних мальчишек, которых кормить, одевать да воспитывать нужно.

Что помнят сами ребята об этих временах, пока в родной семье жили? Наверное, хорошего мало чего им вспоминается. Но изъяли ребят у матери в 2019 году. «Сыновья были отобраны и помещены на воспитание в приёмные семьи, а также признаны нуждающимися в государственной защите». Это цитата из фабулы уголовного дела в отношении Марины в 2025 году, и… уже второго по счёту. Расследовала дело старший следователь райотдела Следственного комитета Людмила Рябченко.

Но до этого времени произойдёт ещё череда трагических событий, ярко описывающих стремительное и неминуемое падение Марины в бездну алкогольного одурманивания, несостоятельности как матери и потери достойного человеческого облика.

В 2020 году, когда минуло уже шесть лет с тех пор, как отец мальчиков оставил семью, тишину их маленького мира разорвала молва. Злые языки шепнули ему, что старший, Илья, ему не родной.
И отец, вместо того чтобы вспомнить, как брал когда-то на руки этого малыша, поверил сплетням. Наверное, правду говорят: нужда заставила – государство требовало вернуть деньги, потраченные
на содержание ребёнка, вот он и ухватился за эту зацепку. Суд Белыничского района в апреле 2020 года вычеркнул мужчину из жизни Ильи, аннулировав запись об отцовстве, словно и не было
тех лет, когда мальчик звал его папой.

Марина тем временем пыталась удержать остатки семьи. Суд обязал её выплачивать долги за сыновей, и она, не ропща, пошла работать животноводом в одну из сельхозорганизаций района, чтобы как-то покрыть эти расходы. Казалось, жизнь потихоньку налаживалась. Рядом был старый знакомый, с которым они снова сошлись, и в ноябре 2021 года на свет появился маленький Санёк. Мужчина официально признал сына, записал на себя – и в доме снова воцарилось счастье.

Но счастье это оказалось непродолжительным. Глава семьи не выдержал груза ответственности.
Работа, пелёнки, вечно пустой кошелёк – всё это оказалось ему не по плечу. Он «забил», как говорят в народе, найдя отраду не у колыбели с сыном, а в бутылке. Алкоголь стал тем зыбучим песком, который засосал обоих родителей. В начале 2025 года отца лишили родительских прав и отправили на принудительное лечение в ЛТП. Следом та же участь постигла и Марину. Маленького Сашу забрали из дома и отдали в приёмную семью.

Это должно было стать дном, точкой отсчета для возвращения. Но Марину уже несло по течению, и остановиться она не могла. Ещё в марте того же года она получила судимость за долги по алиментам на Илью и Ярослава – 80 часов общественных работ отмерила ей Фемида. Казалось бы,
одумайся, женщина! Но нет. С июня 2025 года она словно с цепи сорвалась: начала прогуливать работу: 14 дней в июне – за это её арестовали на двое суток. Но и это не привело её в чувство. В июле она не вышла на работу ни разу. Ни единого дня! В августе – ещё два прогула. Три
месяца беспробудного угара, десять потерянных рабочих дней, и вот она снова в суде, снова по той же статье. Приговор – год ограничения свободы и принудительное лечение от алкоголизма.

Остановит ли это её? Вопрос, на который страшно искать ответ. А ведь как могла бы сложиться её судьба! Не криминальной хроникой с чередой похмельных синдромов и залов суда, а уютной домашней повестью. Повестью о женщине, к которой приходят с букетами полевых цветов трое взрослых сыновей. О том, как пирогами в её чистой кухне, а не перегаром в прокуренной комнате. но жизнь, увы, не перепишешь набело…

Лилия АПАРОВИЧ.
P.S. Имена героев криминальной истории изменены по этическим соображениям.